Рекомендуем
Top

В поисках Кындыкан-7. Там, где нет ипотеки!

Я проснулась от холода. В палатке было так свежо, что все мы спали в одежде, доверху забив печь дровами. Хотя накануне мы сильно устали, морозный воздух бодрил намного эффективней лучшего в мире кофе. И не было никакой скованности или усталости.  

Палатка-красотка

Встала, растопила печь и вышла на улицу. Рядом с нашей простой палаткой, которую нам любезно приготовили хозяева, красовалась навороченная палатка Руслана. Несмотря на усталость, он вчера в абсолютной темноте установил ее и затопил крохотную буржуйку с регулируемой температурой. Ему непременно надо было ее испытать.

И сейчас зеленая красавица гордо выставила навстречу солнцу свои яркие зеленые, многогранные бока, устремилась сверкающей трубой прямо в небо и всем своим видом будто бы говорила: «Глядите, вот я какая!». А соседние, видавшие виды простые брезентовые палатки будто удивленно взирали на крутую соседку, прорехами в выцветших боковинах. «Ишь ты какая… Новенькая. Ты покочуй с наше, посмотрим, какой станешь»…

Почем квадратный метр в тундре

По цене и удобству, палатка-красотка, может дать фору кочевым «старушкам». Но за одну только ночь, наше брезентовое жилье сразу стала каким-то близким и родным. Я даже покормила «чумового», едва вошла в свое жилье.

Мне хотелось бы посвятить эту главу именно этому спасительному, легкому и прочному жилью, самому доступному и простому в мире. В ней оленеводы живут даже в самые морозные зимние дни и выживут, даже если наступит конец света. Были бы буржуйка, палатка, да олени!

В этом стойбище мало кто помнит, что раньше, до палаток, кочевые народы Севера шили жилье из выделанных оленьих шкур. Может быть их помнит только 83-летняя сказительница нимкалана Дарья Михайловна Осенина, которая ждет нашего интервью в соседней точно такой же палатке, как наша.

Но ведь и она родилась в советское время. Чумы из шкур были теплее, но после войны обычные армейские палатки прочно вошли в обиход местных жителей, благодаря своей доступности и простоте. Стоит такая красота тысяч 15. Да за три тыщи вам смастерят буржуйку. Вот и не надо никакой ипотеки.

Шкуры здесь все равно не вышли из обихода. Из них делают постель, шьют одежду, украшения, коврики, унты… Бес пользы ни кусочка не останется.

Во времена Кындыкан, конечно же, буржуек не было. Оленные люди разводили огонь в сложенном из камней очаге, готовили на открытом огне. А сейчас, поставленный на буржуйку большой чайник, вскипает за считанные минуты.

Обстановка

Было семь часов утра. Все кругом искрилось от инея. Тонкие ручьи замерзли, а бурная речка еще  держалась. Эх, какой же тут вкусный чистый воздух! Осеннее солнце золотило горы и хотелось радоваться и тянуть к нему руки, как в пятилетнем возрасте. Красота!

Хозяйки в соседней палатке уже проснулись. Евдокия Гаврильевна и Эльвира Петровна позвали меня пить чай. Наспех умывшись ледяной водой в умывальнике на улице, я, розовая и счастливая, поспешила в теплую палатку.

За небольшим столиком удобнее сидеть на чурбачках. Чтобы было мягче, на них кладут маленькие подушки или кусочки шкур. Можно сидеть просто на оленьей шкуре, но я хватаюсь за чурбачок. Какой–никакой, но стул.

Территория на полу разграничена жердями. Дальняя сторона от жердей – это спальные места. От них, до стен пол устлан приличным слоем мелких тоненьких веточек лиственницы. Во время генеральной уборки их поменяют и жилье наполнится запахом свежих веточек. А старые пойдут на розжиг.

На крытой веточками стороне вечером раскладывают постели. Днем же их сворачивают и отодвигают в угол. В палатке сразу становится просторней, спальня превращается в гостиную. Пузатые печки-буржуйки из старых советских бочек стоят на самом входе. Днем печка разгорается вовсю и в жилище становится так жарко, что хозяйки распахивают «двери» настежь.

Да здравствует минимализм!

В палатках нет никакой мебели, кроме самодельных полочек и столика. Нет ничего лишнего и поэтому головы оленеводов болят гораздо меньше чем у нас, городских жителей. Этот минималистический дизайн и самый простой в мире интерьер делают людей по-настоящему свободными, независимыми от барахла, легкими на подъем. И самое главное, они и избавляют от зависти. Все живут одинаково.

Конечно, в поселке у всех оленеводов есть свои дома или квартиры с диванами и телевизорами, коврами да люстрами. Но половину года с весны до поздней осени, эвены живут так же вольно, независимо, как жили их предки. Там, где течет Сюбюме, нет ипотеки…

Да здравствует продуваемое ветрами, прогреваемое солнцем самое экологичное жилье в мире, возвести которое можно за минуты, своими силами.  Слава тебе, о, брезентовая палатка!

Комментарии